Логотип: Камчатское региональное отделение "Боевое2 братство"





Камчатское региональное отделение
всероссийской общественной организации
ветеранов "Боевое братство"
Навигация по сайту
Афганский излом Поэзия, Новости, История

Афганский излом                                                  

                                                                                                                         

 

 

Александр НУРЕЕВ

 

НЕОБЫЧНЫЙ РЕЙД

Документальный рассказ

 

            ...Не удивление, прохладным был тот июньский день 1981 года. Небо с вечера заволокло тучами, моросил мелкий дождь. И не дул "афганец" - сухой обжигающий ветер, который нес с собой массу пыли, превращая людей и животных в единый серый цвет.

Согласно распорядку дня военнослужащим, находящимся в пунктах постоянной дислокации, с 12 до 16 часов полагался обеденный перерыв. Обычно, в эти часы летнее солнце находится в зените и нещадно палит. Да так, что термометры лопаются. Правда, обеденного отдыха не получалось. Люди изнывали от жары, не зная куда спрятаться. Те, кто не выдерживал, начинали много пить воды. Но легче от этого не было. Наоборот, люди еще сильнее потели, а к вечеру на их обмундировании выступала соль.

            Поэтому дневная прохлада в разгар июня, без преувеличения, была подарком Всевышнего. К тому же накануне из Союза пришла почта. Представлялась возможность в нормальной обстановке ознакомиться с прессой. Но не пришлось – читку газет прервал телефонный звонок.

            – Срочно приди в штаб, – послышался в трубке голос командира части,– У нас ЧП!

            В штабной палатке перед командиром части, виновато опустив голову, стоял ротный командир Виталий Давыдов.

            – Итак, замполит, – мрачно произнес командир части, – мы открыли счет без вести пропавшим: исчез младший сержант Быков!..

            …Несколько дней назад я беседовал с Быковым. Третий месяц служил он в части после "учебки", ни отрицательно, ни положительно себя зарекомендовать не успел. Основанием для беседы было не только то, что это входило в мои обязанности. Быков был из неблагополучной семьи: родители – законченные алкоголики, парня воспитывала бабушка. Она его и на службу провожала. Служить Быков обещал хорошо, так как после увольнения в запас планировал работать на судах загранплавания. И вот младший сержант исчез.

            …Начальник политотдела бригады полковник Егоров не стал отчитывать меня за ЧП, а только сказал:

            – Бери два БРДМ с десантом и вместе с "особистом" отправляйся на поиски Быкова. Пока не выяснишь что к чему, на глаза не попадайся!..

            Перед убытием на поиски ко мне подошел рядовой Николай Журавко. Он-то и рассказал, что на опорном пункте вблизи города Джабаль-ус-Сирадж

служит земляк Быкова. Каким-то образом младшему сержанту удалось добыть четыре бутылки водки. Далее план был следующим: в первом же рейсе вывести из строя автомобиль в том месте, где служит земляк. И трое суток до возвращения своей колонны можно "обмывать" долгожданную встречу. На обратном пути автоколонна должна была забрать Быкова вместе с "отремонтированным" автомобилем.

            План прост и довольно-таки популярен среди водительского состава – многие из них так поступали. Воспользоваться "афганским" опытом попытался и Быков. Однако судьба сыграла с ним злую шутку.

            Дороги Афганистана были усыпаны гильзами самого различного калибра. Одна из них пробила заднее колесо автомобиля Быкова. Поломка на первый взгляд пустячная. Но запасных колес, как правило, у наших водителей не было – их обменивали у афганских торговцев на товары ширпотреба и продукты. И Быков вместе с автомобилем остался на ближайшем опорном пункте. На другой день среди временно приписанного личного состава искателя приключений не оказалось…

            Позже выяснилось, что о плане Быкова знал не только Николай Журавко. Но никто не попытался предотвратить, как выяснилось позже, трагедию. Я пообещал Николаю серьезно поговорить по возвращению и отправился на поиски Быкова. Увидеть Журавко мне больше не пришлось: через несколько дней в одном из рейсов его сразила пуля душманского снайпера…

            В необычный рейд я выехал вместе с оперуполномоченным Особого отдела КГБ СССР майором Хромовым, опытным чекистом. До командировки в Афганистан Иван Иванович проходил службу в территориальных органах контрразведки, разыскивал преступников типа власовцев, которых кое-кто в ходе "перестройки" и после нее пытается изображать борцами с большевизмом, принимал участие в расследовании гибели "Молодой гвардии". Группа следователей, в которую входил майор Хромов, вышла на след одного из палачей молодогвардейцев Соликовского. Следы этой мрази были обнаружены в Аргентине.

            Более двух лет Иван Иванович занимался розыском советских военнослужащих, находящихся в плену у моджахедов. Обидно, что таких специалистов, как майор Хромов, в те годы не принято было отмечать государственными наградами.

            …Мы следовали по трассе Пули-Хумри–Кабул. До недавнего времени это был один из безопасных участков кольцевой афганской дороги. Но летом 1981 года тишина закончилась. По обе стороны трассы валялись останки сгоревших БТРов, БМП, грузовиков, автобусов, полностью разрушенный кишлак Келагай, воронки от фугасов – все это говорило об активизации боевых действий душманов против советских и правительственных войск. На этом участке погибли мои боевые товарищи – старший лейтенант Владимир Киселев, лейтенанты Сергей Гнусов и Михаил Тиханов, младший сержант Сергей Олейник и рядовой Николай Журавко… Однако до места, где был оставлен Быков, мы добрались благополучно.

            Начальник опорного пункта капитан Владимир Грушко уже успел провести расследование по поводу исчезновения приписанного водителя. Выяснилось, что рано утром, остановив афганский пассажирский автобус, Быков убыл в направлении кишлака Хинджан. (В соответствии с приказом командующего 40-й армией советским военнослужащим строжайше запрещалось пользоваться афганским транспортом).

            Следуя от одного опорного пункта к другому и беседуя с их обитателями, вырисовывалась следующая картина: Быков пытался найти запасное колесо, чтобы продолжить путь к земляку, но везде получал отказ. Нам очень помогло фото "путешественника", что ускоряло путь к развязке. Выяснилось, что Быкова видели не только солдаты. На фото его угадывали некоторые офицеры и прапорщики. Но никто, повторяю, никто не попытался задержать незадачливого путешественника. А на одном из опорных пунктов его начальник, обдав нас вино-водочным перегаром, без тени смущения заявил:

            – А на кой черт он нужен мне, ваш Быков? У меня своих р……..в хватает!

            А в Хинджане беглеца видел помощник военного коменданта советского гарнизона. Искатель "запаски" в это время садился в афганский автобус.

            – Почему же вы не приняли меры по его задержанию? – возмутился майор Хромов.

            – Я не придал этому особого значения, - откровенно ответил "блюститель" порядка в гарнизоне. – Ну не гнаться же мне за автобусом! К тому же солдат не из моего гарнизона!..

            Помощник военного коменданта был последним, кто видел младшего сержанта Быкова. С того момента прошло четверо суток. Вывод напрашивался один: пропавший продолжает поиски запасного колеса или же убит. И я, и майор Хромов склонялись ко второму варианту.

            – Жди меня в комендатуре, – сказал нам Иван Иванович, – а я обращусь за помощью к афганским коллегам.

            Майор Хромов отсутствовал около трех часов. Я и солдаты успели изрядно проголодаться, но подкрепиться не пришлось. Внезапно появился Иван Иванович в сопровождении афганского офицера.

            – Знакомься, – сказал мне майор Хромов, – старший капитан* Фаиз Абуль, начальник уездного отдела ХАД (МГБ Афганистана – прим. авт.). Выезжаем немедленно, пообедаем позже!

            В это время на восточной окраине Хинджана раздалась беспорядочная стрельба. Улицы кишлака моментально опустели.

            – Я же приказал до моего возвращения ничего не предпринимать! – закричал Фаиз. – Опять сорвалось.

            И он смачно выругался русским матом. Что конкретно сорвалось, хадовец объяснять не стал. Хотя об этом мы узнали чуть позже.

            Через несколько минут мы были на восточной окраине кишлака, где один из домов был окружен афганскими солдатами. Стрельба к этому времени прекратилась, а жильцам дома в ультимативной форме было предложено сдаваться. В противном случае дом обещали сжечь. Огнеметное отделение уже готовилось к выполнению задачи.

            Воспользовавшись кратковременным затишьем, я спросил у майора Хромова, что же происходит?

            – В доме находится труппа террористов во главе с преступником по имени Бисмулло, - ответил Иван Иванович. – По данным некоторых осведомителей и наших доброжелателей именно они убили Быкова…

            Вскоре из дома вышла женщина с тремя малолетними детьми. Затем, подняв руки, показались четверо террористов. Фаиз Абуль сказал женщине, что она свободна, а мужчин приказал арестовать.

            – Бисмулло здесь? – спросил майор Хромов Фаиза.

            – Нет! И уже не будет! – не срывая досады, ответил хадовец.

            Главарь группы террористов Бисмулло, как выяснилось, уже не впервые уходил от возмездия. Не исключено, что в это время он находился вблизи Хинджана, может быть, на одной из его немногочисленных улочек. Но даже если бы не преждевременная стрельба у его дома, преступник в любом случае узнал бы о грозящей ему опасности: система оповещения у душманов работала безотказно. И не только с помощью радиоэлектронных средств.

            Дом, в котором находились террористы, был перевалочной базой группировки моджахедов, возглавляемой муллою Шамса. Там же мы обнаружили склад оружия и боеприпасов: автоматы, пулеметы, гранатометы китайского и пакистанского производства, итальянские мины и многое другое. В том числе и автомат Быкова. Теперь оставалось узнать подробности его гибели и место нахождения тела.

            До уездного отдела ХАД террористов доставили на нашем БРДМе. Старшему из них было за пятьдесят, двоим – лет по 35-40, самому младшему – не более 18-ти. В глазах арестованных нескрываемая настороженность, предчувствие приближающейся расплаты: с пленными душманами сотрудники ХАД не церемонились, пытки в застенках афганской контрразведки были общеизвестны. Но об этом в то время предпочтительно рассказывали шепотом. Тогдашний шеф МГБ – профессор медицины и генерал Наджибулла, будущий президент Афганистана – имел впечатляющую кличку "мясник". (В наших войсках так же имели место случаи бесчинств и самосуда в отношении пленных моджахедов, несмотря на то, что за подобные деяния органы советского военного правосудия спрашивали с виновных по всей строгости).

            – Я прошу советских офицеров присутствовать на допросе террористов, – сказал нам Фаиз Абуль по прибытии в уездный отдел ХАД.

            В комнате, где проводились допросы, на небольшом столике лежали плетки, щипцы, остроколющиеся предметы, которые я видел впервые, кусок металлической трубы и кое-что другое. Мне стало не по себе, к горлу подступил ком тошноты.

            – Может быть, нам уйти? – тихо спросил я майора Хромова.

            – Придется потерпеть, - ответил он. - Мне самому противно от того, что

здесь сейчас будет происходить...  

            – Ввести старшего! – приказал Фаиз.

            Старший душман не скрывал своего презрения к хадовцам. И было ясно - он ничего не скажет. Понимал это и Фаиз Абуль. Однако допрос начался.

            – Что вы сделали с этим русским солдатом? – Фаиз показал пленному фото Быкова. – Вы его убили? Где тело?

            Хадовец несколько раз повторил вопросы, но пленный по-прежнему молчал.

            – Умар, - сказал ему хадовец, - Аллах свидетель – я не хотел щекотать твои кости! Но этого захотел ты!

            Фаиз подошел к пленному и нанес ему несколько сильных ударов ногой в грудь. Тело душмана обмякло и грузно свалилось со стула. Вода привела Умара (так звали пленного) в чувство. Он открыл глаза и чуть слышно произнес: "Аллах акбар!"**.И плюнул хадовцу в лицо.

            Фаиз пришел в неописуемую ярость и с удвоенной энергией стал наносить удары ногой в грудь, лицо и живот пленного. Мне даже послышался хруст ребер душмана. Вероятно, они не выдержали ударов кованных ботинок хадовца. Через несколько минут лицо пленного превратилось в кровавую массу. Он выплюнул выбитые зубы, но выдержки не терял. Только стонал и призывал Аллаха на помощь.

            Как хорошо, что мы во время не пообедали – эта мысль пришла в тот момент в мою голову. От всего увиденного содержимое моего желудка моментально вышло бы наружу.

            – Умар! – вновь обратился хадовец к пленному. – Сейчас мы будем крошить прикладом автомата твои пальцы! Может быть, ты после этого захочешь написать предсмертное письмо своим детям?!

            (Говорят, подобные пытки были очень популярны в застенках и хадовцев, и душманов).

            Невероятно, но Умар нашел в себе силы ответить:

            – Презренный кафир!*** Рано или поздно русские уйдут к себе домой! Ты меня расстреляешь, но останутся мои сыновья. И я буду отомщен! Таких, как ты, они будут жечь живьем, с живых сдирать шкуру!..

            Я не стал дожидаться продолжения пыток Умара и пулей выскочил в соседнюю комнату, где своей участи дожидались остальные душманы. Вскоре застенок покинул и майор Хромов.  Сидевший в комнате охранник вежливо показал нам на стулья и предложил чаю. Мы вежливо отказались…

            Допрос Умара закончился. В дверном проеме показалась голова Фаиза.

            – Этих двоих через пять минут на допрос, - приказал он охраннику, показав на тех, кто был старше молодого душмана.

            Все началось с начала. Хорошо, что на этот раз мне не пришлось быть свидетелем истязаний. Хотя в горле по-прежнему стоял ком тошноты.

– А что будет с молодым душманом? – спросил майор Хромов охранника. – Ведь он почти мальчик!..

            – Этот мальчик мастерски сдирает шкуры с живых людей, - усмехнувшись, ответил охранник.

            Невозможно было поверить, что симпатичный юноша с красивыми восточными чертами лица способен на подобную звериную жестокость! Охранник, как будто угадав мои мысли, буркнул:

            – Не сомневайся! И не жалей тех, кого сейчас допрашивают. Поверь, если бы мы или вы попали в лапы душманов, то они бы делали то же самое!

            Вскоре в соседней комнате установилась тишина. Фаиз Абуль и двое его помощников вышли на улицу. Я обратил внимание на то, что их одежда была обильно запачкана кровью. Видимо, "мясники" поработали на совесть. Возвратились они, переодевшись в штатское платье. Долго пили чай и курили. На нас совсем не обращали внимания, как будто бы мы отсутствовали.

            Пауза затянулась. Потом Фаиз, словно опомнившись, показал молодому моджахеду на дверь, ведущую в застенок.

            – И вы зайдите! – предложил нам хадовец.

            Изувеченные душманы лежали на полу в лужах крови. Более всего они походили на куски окровавленного мяса, нежели на людей. Я старался не смотреть на эту кровавую картину.

            – Будешь говорить правду или желаешь разделить участь своих друзей? – спросил Фаиз молодого душмана.

            Тот внимательно посмотрел на сообщников и прошептал:

            – Я все скажу…

            …Помощник советского военного коменданта в Хинджане был последним, кто видел Быкова примерно за час до гибели, когда тот садился в автобус, следовавший из Мазира-Шарифа в Кабул. В Абаке пассажирский салон пополнился пятеркой террориста Бисмулло. После выполнения очередного теракта душманы возвращались в родной Хинджан. Убийство советского солдата, по словам молодого душмана, в их планы не входило.

            Как только Быков вошел в автобус, Бисмулло мгновенно принял решение и скомандовал своим подчиненным:

            – Из автобуса не выходить, всем оставаться на своих местах, едем до следующей остановки!

            У кишлака Воланг автобус остановился. Его пассажиры вышли поразмяться и утолить жажду. Вместе с ними вышел и Быков.

            – Эй, рафик****! Как дела? – окликнул его Бисмулло.

            – Нормально! – ответил путешественник.

            Между ними завязался разговор (к лету 1981 года большинство мужского населения Афганистана свободно владело русским языком), во время которого террористы внезапно схватили Быкова за руки. А Бисмулло, вытащив из-за пазухи пистолет, всадил в "путешественника" несколько пуль.

            Безжизненное тело младшего сержанта раздели догола и бросили в реку.

 

Наши попытки отыскать труп оказались безрезультатными. Видимо, мощный поток воды разбил тело о камни…

            В "похоронке", отправленной родителям Быкова сообщалось, что их сын "…пропал без вести при выполнении интернационального долга в Демократической Республике Афганистан".

            Месяца через полтора пришло письмо от бабушки. "Я потеряла смысл жизни, - писала она, - мой единственный внук был моей единственной радостью и надеждой. Скоро я умру… Если нетрудно, пришлите мне горсть земли с того места, где убили моего внука…"

            От родителей младшего сержанта Быкова писем не было…

---------------------------------------------------------------------------------------------------------------

*старший капитан – воинское звание в армии, МВД и МГБ Афганистана.

**Аллах акбар – Аллах велик

***Кафир – на Востоке презренная кличка иноверцев-немусульман

****Рафик – друг, товарищ (на дари)

 

 
Также, Вы можете просмотреть другие материалы:

  • Боль моя – Афганистан
  • Урок мудрости и уважения
  • 15 февраля – День памяти о россиянах, исполнявших служебный долг за предела ...
  • А. В. Матюшкин, Проза об Афганистане
  • Далеких дней воспоминанья


  • Добавление комментария
    (Комментарии с нецензурной лексикой рассматриваться и размещаться не будут)



    Главная страница | Новое на сайте | Статистика | Контакты | RSS новости